

Несмотря на то что семья возместила ущерб, а сама студентка прошла полиграф (подтвердивший отсутствие корыстного умысла), следствие продолжает настаивать на её виновности и требует стационарной психолого-психиатрической экспертизы. Эксперты отказываются отвечать на вопросы защиты, называя их «наводящими». Мать девушки уверена: дочь — жертва мошенников, а не преступница. Юрист и правозащитники указывают на системную проблему: судебная экспертиза не готова оценивать состояние жертв дистанционного манипулирования, а методики, позволяющие это делать, были запрещены. В итоге жертвы мошенников нередко оказываются на скамье подсудимых вместо преследования реальных преступников.
Фото: Рустам Ягафаров